Возможности применения низкопольных томографов в ветеринарии пресмыкающихся на примере клинических случаев
Герпетология

Возможности применения низкопольных томографов в ветеринарии пресмыкающихся на примере клинических случаев

Коротко о сущности метода: магнитный резонанс – это физическое явление, основанное на свойствах некоторых атомных ядер при помещении их в магнитное поле поглощать энергию в радиочастотном диапазоне и излучать ее после прекращения воздействия радиочастотного импульса. При этом напряженность постоянного магнитного поля и частота радиочастотного магнитного поля должны строго соответствовать друг другу, что и называется ядерным магнитным резонансом: ядерным, поскольку взаимодействие происходит только с магнитными моментами атомных ядер, магнитным, так как эти моменты ориентированы постоянным магнитным полем, а изменение их ориентации вызывается радиочастотным магнитным полем, резонансом, поскольку параметры этих полей строго связаны между собой. В качестве источника для формирования изображения, как правило, используют атомы водорода; связано это в первую очередь с тем, что водород – фактически самый распространенный элемент в организме человека и животных, а также с тем, что гиромагнитное отношение для водорода является самым большим: 42,57 МГц/тесла.

Типы МР-систем

Современные МР-системы в зависимости от силы магнитного поля и типа магнита можно разделить на сверхвысокопольные, высокопольные сверхпроводящие, низкопольные с резистивным магнитом и низкопольные томографы с постоянным магнитом.
Сверхвысокопольные томографы с напряженностью магнитного поля свыше 2 Тл предназначены для проведения специальных МР, с помощью которых важно получить максимально информативное изображение. Как правило, такие томографы используются в научно-исследовательских целях, а также для изучения органов, исследовать которые на аппаратах с меньшей индуктивностью невозможно.
Высокопольные сверхпроводящие системы с напряженностью магнитного поля 1–2 ТЛ – это аппараты, наиболее распространенные во всем мире как в гуманной медицине, так и в ветеринарии, позволяющие выполнить большинство диагностических задач. Во всех англоязычных статьях, главах книг, касающихся МРТ рептилий, исследования выполнены именно на данном типе МР-систем. Это связано с высокой напряженностью магнитного поля, высокой однородностью поля, высоким соотношением сигнал/шум, быстрым временем сканирования. К недостаткам в первую очередь следует отнести высокую стоимость данного типа систем и эксплуатационных расходов.
Резистивные томографы с напряженностью магнитного поля от 0,1 до 0,3 Тл были первыми применены в клинической практике. Эти аппараты громоздки, выделяют много тепла, что требует использования дополнительной системы водоохлаждения с качественной очисткой воды, а также мощного источника питания. В настоящее время данный тип магнитов практически не используется, и весь современный парк томографов состоит из приборов с постоянными и сверхпроводящими магнитами.
У низкопольных магнитно-резонансных томографов системы открытого типа на основе постоянного магнита напряженность поля низкая и колеблется между 0,064–0,3 Тл. Основное предназначение таких томографов – это визуализация ЦНС (головной и спинной мозг) и крупных суставов. Эксплуатационными плюсами данных систем являются низкое энергопотребление, низкие расходы на обслуживание, относительно низкая стоимость, простота в использовании. К недостаткам данного вида систем следует отнести прежде всего ограниченную напряженность магнитного поля (<0,3 Тл) и, как следствие, низкое по сравнению с высокопольными системами качество изображения, особенно это касается пациентов с небольшой массой тела. Также немаловажным недостатком является длительное время сканирования. Однако не стоит отказываться от возможности применения низкопольных систем в работе с рептилиями. Рассмотрим несколько примеров из практики, когда использование низкопольных систем, на наш взгляд, было оправдано.

Клинический случай 1

В августе 2014 года в клинику обратился владелец 3-летней самки бородатой агамы (Pogona vitticeps) по поводу новообразования в области правого плечевого сустава и боковой поверхности тела.
Anamnesis vitae: животное живет у владельцев 2,5 года в оборудованном террариуме горизонтального типа, кормление осуществлялось 1 раз в 48 часов, основу рациона составляли кормовые насекомые, овощи и разнообразная зелень. Два раза в неделю животное получало минеральную подкормку.
Anamnesis morbi: со слов владельца, новообразование в области правого плечевого сустава появилось около 1 года назад и в течение последних двух месяцев резко увеличилось в размере. За месяц до обращения ящерица сделала кладку из 24 яиц. Аппетит сохранен. Владелец обращался с животным в другую клинику, где была проведена тонкоигольная биопсия с результатом цитологического исследования «опухоль неясного генеза».
При осмотре животного выявлено плотное, округлое, малоподвижное образование размером примерно 35×35 мм в области правого плечевого сустава, прикрепляющееся к боковой поверхности тела, отек в области правого предплечья (фото 1). Было проведено взятие биохимического и клинического анализа крови, осуществлена МР-диагностика.
В биохимическом профиле были отмечены гиперкальциемия, гиперфосфатемия, гиперхолестеринемия, гипертриглицеридемия. В клиническом анализе: лейкоцитоз, гетерофилия, токсические изменения в цитоплазме гетерофилов (дегрануляция и вакуолизация цитоплазмы)
Проведена МР-диагностика под общей анестезией (Пропофол 10 мг/кг внутривенно) с помощью системы 0,18 Тл (Esaote Vet-MR). При этом получены Т1-взвешенные изображения (в аксиальной, сагиттальной, дорсальной плоскостях), Т2-взвешенные изображения (в аксиальной плоскости), Т2-взвешенные изображения в режиме инверсия-восстановление с коротким временем релаксации (STIR; сагиттальная плоскость). Также были получены последовательности Т1-взвешенных изображений (сагиттальная и дорсальная проекции) после внутривенного введения 0,1 ммоль/кг (Omniscan GE Healthcare Ireland) гадодиамида. На боковой поверхности тела с распространением латерокаудально от правого лопатко-плечевого сустава визуализировалось новообразование размером 43,5×30,2×39 мм, с выраженной капсулой, имеющее следующие сигнальные характеристики: изоинтенсивное на Т1 ВИ с участками гиперинтенсивного сигнала, гипоинтенсивное на Т2 ВИ с участками гиперинтенсивного сигнала, аналогичные сигнальные характеристики отмечались и на STIR. После введения контрастного препарата наблюдалось его интенсивное накопление капсулой образования и неравномерное, слабовыраженное накопление веществом образования (фото 2–6)
В результате был поставлен диагноз «подкожный абсцесс», проведено хирургическое лечение (фото 7, 8, 9).

Клинический случай 2

В июне 2014 года в клинику обратились владельцы 6-летней самки маисового полоза (Elaphe guttata) по поводу образования в области карманов запаховых желез.
Anamnesis vitae: животное живет у владельцев в течение 6 лет в оборудованном террариуме, кормление осуществлялось 1 раз в неделю кормовыми млекопитающими. Последняя линька была 3 месяца назад. Аппетит отсутствует в течение 1 месяца.
Anamnesis morbid: со слов владельца, около 3 месяцев назад животное покусала кормовая крыса, около 1 месяца назад в области клоаки появилось образование, которое за последние две недели заметно увеличилось, и начала увеличиваться в объеме задняя треть тела змеи. Владельцы обращались в другую клинику, где змея проходила лечение от множественных абсцессов 2,5%-ным раствором Байтрил в течение последних 10 дней.
При осмотре животного выявлено плотное округлое новообразование розового цвета в области карманов запаховых желез, смещающее отверстие клоаки краниально, тестоватый отек задней трети тела. Были проведены рентгенография в дорсовентральной проекции (фото 10), биохимический и клинический анализ крови, МРТ-диагностика.
В биохимическом профиле была отмечена гиперхолестеринемия. В клиническом анализе крови были выявлены незначительный лейкоцитоз (13,6 10×3 мл), повышение уровня плазматизированных лимфоцитов, токсические изменения в гетерофилах (дегрануляция и вакуолизация цитоплазмы), токсические изменения в лимфоцитах (вакуолизация цитоплазмы), единичные митозы в лимфоцитах.
Змее была проведена МР-диагностика под общей анестезией (Золетил 10 мг/кг в/м, Пропофол 5 мг/кг в/в) с помощью системы 0,18 Тл (Esaote Vet-MR) (фото 11).
При этом получены Т1-взвешенные изображения (в аксиальной, сагиттальной, плоскостях), Т2-взвешенные изображения (в аксиальной и дорсальной плоскостях), Т2-взвешенные изображения в режиме инверсия-восстановление с коротким временем релаксации (STIR; сагиттальная плоскость). В области карманов запаховых желез визуализировалось объемное образование (фото 12–15) размерами 52×21×22,5 мм, гипоинтенсивное на Т1 ВИ, изоинтенсивное на Т2 ВИ, STIR ИП. Также в подкожной жировой клетчатке в проекции правой почки визуализировались два округлых новообразования размерами 5,3×1,8×5,1 мм, 10,3×4,4×9 мм с аналогичными сигнальными характеристиками (фото 16).
Животному была проведена операция по удалению первичного очага (фото 17, 18). По результатам гистологического исследования образование было классифицировано как крупноклеточная опухоль лимфоидного происхождения.

Клинический случай 3

Самец среднеазиатской черепахи (Agrionemys horsfieldii) поступил на прием в клинику в январе 2015 года на профилактический осмотр.
Anamnesis vitae: животное нашли на даче 2 месяца назад, последние 2 месяца живет в оборудованном террариуме, кормление осуществляется 1 раз в 2 дня, рацион состоит из зелени, фруктов и овощей.
Anamnesis morbid: с момента находки черепахи владельцы обратили внимание на множественные подкожные образования, хромоту на правую грудную и левую тазовую конечности.
При осмотре животного выявлены плотные, подвижные подкожные образования в области левой паховой ямки, в левой подмышечной области, увеличение в объеме заплюсневого сустава правой тазовой конечности, отек в проекции правого лопатко-плечевого сустава, дисэкдис, незначительный отек век, разрастание рамфотеки верхней челюсти.
Были проведены биохимический и клинический анализы крови, МР-диагностика.

В биохимическом профиле отклонений не наблюдалось. В клиническом анализе отмечались анемия, лейкопения, токсические изменения в гетерофилах (дегрануляция и вакуолизация цитоплазмы, гиперсегментация ядра), двуядерные эритроциты.
МР-диагностика была проведена под общей анестезией (Пропофол 10 мг/кг в/в). При этом получены Т1-взвешенные изображения (в сагиттальной), Т2-взвешенные изображения (в аксиальной и дорсальной плоскостях), Т2-взвешенные изображения в режиме инверсия-восстановление с коротким временем релаксации (STIR; сагиттальная плоскость). В области правого лопатко-плечевого сустава визуализировалось объемное образование размером 21,2×16,5×18,4 мм (гиперинтенсивное на Т2 ВИ, STIR ИП, Т1 ВИ) с выраженной зоной перитуморального отека (фото 19, 20, 21), также образования размерами 19,8×8,5×6,2 мм с аналогичными сигнальными характеристиками визуализировались в области заплюсны на правой тазовой конечности с разрушением заплюсневого сустава; размерами 12,2×5,1×8,1 мм – в проекции дистальной трети бедренной кости латерально на левой тазовой конечности (фото 22), размерами 12,2×7,4×11,2 мм – в области средней трети плечевой кости медиально на левой грудной конечности.

В результате проведенных исследований животному был поставлен диагноз «септикопиемия», проведено хирургическое удаление абсцессов.

Выводы

Исходя из рассмотренных выше клинических случаев, по нашему мнению, проведение МРТ пресмыкающимся на низкопольных системах с постоянным магнитом целесообразно проводить для дифференциальной диагностики крупных новообразований как в полости тела, так и за ее пределами для их точной локализации, связи с внутренними органами, планирования хирургических вмешательств. Также, на наш взгляд, низкопольные системы подходят для визуализации центральной нервной системы у средних и крупных по размеру ящериц и змей. Перспективным при проведении МР-исследований рептилиям является применение контрастных препаратов на основе гадолиния. Нами было найдено исследование, касающееся применения препаратов на основе гадолиния для визуализации сосудов у рептилий. Его автор (Jeanette Wyneken) приводит дозировку 1–2 мл/кг гадолиния, эта дозировка экстраполирована от собак (проведение коронарографии у собак). Мы с успехом применяли дозу 0,1 ммоль/кг (Omniscan GE Healthcare Ireland), экстраполированную от млекопитающих, у нескольких видов ящериц и черепах. Каких-либо негативных эффектов от препарата ни в краткосрочной, ни в долгосрочных перспективах замечено не было. Применение МРТ как метода в ветеринарии рептилий является относительно новым направлением как в общемировой, так и в российской ветеринарной практике, требующим совершенствования методик и накопления статистического материала.
Литература:
  1. Sectional anatomic and magnetic resonance imaging features of coelomic structures of loggerhead sea turtles Ana Luisa S. Valente, DVM, MSc; Rafaela Cuenca, DVM, PhD; Maria Angeles Zamora, DM; Maria Luz Parga, DVM, MSc; Santiago Lavin, DVM, PhD; Ferrán Alegre, DVM; Ignasi Marco, DVM, PhD. American Journal of Veterinary Research August 2006, Vol. 67, No. 8, Pages 1347–1353.
  2. Raiti P., Haramati N. Magnetic resonance imaging and computerized tomography of a gravid leopard tortoise (Geochelone pardalis pardalis) with metabolic bone disease. J Zoo Wildl Med 1997; 28:189–197.
  3. Wilkinson R., Hernandez-Divers S., Lafortune M., et al. Diagnostic imaging. In: McArthur S., Wilkinson R., Jean M., eds. Medicine and surgery of tortoises and turtles. Victoria, Australia: Blackwell Publishing Ltd, 2004; 187–238.
  4. Patrick R. Gavin, Rodney S. Bagley. Practical Small Animal MRI, 2009, Wiley-Blackwell; 23–110.
  5. Amy S. Tidwell and Marc Kent. Imaging of the Neurologic System. Karen M. Tobias, Spencer A. Johnston Veterinary Surgery: Small Animal, 2012 by Saunders, an imprint of Elsevier Inc.; 357–373.
  6. Wyneken J. Computed tomography and magnetic resonance imaging anatomy of reptiles. In: Douglas R. Mader. Reptile Medicine and Surgery, 2006 by Elsevier Inc.; 1088–1096.
  7. Witherington D., Wyneken J. Snake anatomy, Exotic DVM5(5): 38–42, 2003.